Частное мнение: Порочная судебная система Кыргызстана – одна из основных источников нестабильности в стране

Представляем очередную статью нашего постоянного автора, уполномоченного представителя акыйкатчы (омбудсмена) Кыргызской Республики по Нарынской области Тойгонбая Джаанбаева.

Тойгонбай Джаанбаев, Голос свободы, Нарын

Кыргызстан на рубеже XX-XXI веков объявила себя демократической страной и начала свой путь в политической истории планеты Земли, как суверенная страна.

Как подобает демократической стране, государственная власть в Кыргызской Республике основывается на принципах верховенства власти народа и разделения государственной власти и т.д. В Конституции КР все требования, предъявляемые к демократическим странам, озвучены, юридически закреплены и задекларированы.

Плохая практика при хороших законах

Шестой раздел Конституции КР полностью посвящен судебной ветви власти. Кроме того, существует и конституционный Закон «О статусе судей Кыргызстана». Т.е., правовая база для отправления правосудия полностью имеется, но, почему то, народ мало доверяет судейскому корпусу Кыргызстана, или вообще не доверяет.

Предпосылкой или простым поводом начала мартовской революции 2005 года была, именно незаконная, почти массовая преступная деятельность судейского корпуса, выполняющая волю тогдашнего президента КР Аскара Акаева, оказывающего ему медвежью услугу. Особенно при разбирательстве спорных вопросов, связанных с выборами в парламент и, открытое, массовое вынесение неправосудных и нашумевших приговоров, решений, где в качестве одной из сторон судебного процесса выступали сильные люди сего мира, или, просто люди со связями, деньгами и т.д.

Судьи тех лет, открыто стали принимать «коммерческие» решения, т.е., получая достаточно большие «денежные вознаграждения», судьи могли принимать любые судебные акты, лишь бы заплатили хорошо. Кресло судьи было превращено в очень прибыльное, доходное место, «при прямом преступном попустительстве» тогдашнего политического истеблишмента Кыргызстана.

Конечно, народ все это понимал, видел, порой через свою шкуру пропускал все прелести «судебных разборок» и отправления правосудия в Кыргызстане. Высоко коррумпированная верхушка, в том числе Верховный суд КР, Генеральная прокуратура, Конституционный суд делали вид, что «в Багдаде все спокойно». Народ был доведен до отчаяния действиями и бездействием судебной системы Кыргызстана. Поэтому, действие судейского корпуса до марта 2005 года дало прямой повод для массового выступления народа против режима Акаева и его компании.

Я, как правозащитник, имеющий опыт работы в данной сфере около 20 лет, сначала в качестве  адвоката, а потом, как ответственный сотрудник института омбудсмена КР, много раз проводил мониторинги судебных процессов, разбирался с жалобами граждан против действия, или бездействия судей, изучал вступившие в законную силу судебные материалы. Так накопил немало, прямо скажем, удручающих любого здравомыслящего человека фактов судейского произвола. Здесь, надо констатировать, что в судейском произволе также участвуют следователи, сотрудники прокуратуры, и, в качестве посредника, адвокаты. И, естественно, как заинтересованные стороны, сами подсудимые, или, их многочисленные браты и сваты.

Когда отправляется правосудие, подсудимые начинают суетиться и тут срабатывает наш кыргызский менталитет. Все мигом найдут брата, свата нужного судьи, или начинаются звонки от очень уважаемых лиц, желательно, из самой Генеральной прокуратуры, Верховного суда. Еще лучше, если начинают действовать сотрудники седьмого этажа Белого и Серого домов (так называют в Кыргызстане здание, где сидит президент и дом правительства), депутаты разных рангов. Если дело рассматривается на уровне первой, второй судебных инстанций, то в дело включаются соответствующие должностные лица силовых структур данного региона. На всякий пожар подсудимый, или их адвокаты постараются подключить к делу больших чинов из Бишкека. И преступник отделывается лишь небольшим наказанием, в виде отсроченного лишения свободы, штрафом и т.д. Вся эта афера обдумывается заранее, т.е., на стадии проведения первичных следственных мероприятий. На раннем этапе воспроизведения следственных мероприятий, уже все факты переделываются, или фабрикуются так, чтобы на суде легко было развалить дело. Разумеется, при молчаливом, или, надо полагать, не совсем бесплатном согласии сотрудников надзирающего органа. Поэтому, почти все молодые сотрудники при небольшой зарплате, уже имеют дорогие автомашины, фазенды. Если не верите, Вы можете пойти к зданию органа прокуратуры любого уровня и понаблюдать, на чем ездят на работу их сотрудники.

Посидеть за того парня

Но как быть, если всех преступников освобождать в зале суда или выносить легкие приговоры? Как это все будет отражаться в общей статистике?

Чтобы создать видимость отправления справедливого правосудия, как правило, лишаются свободы на долгие годы предствители малообеспеченных слоев населения, совершившие небольшие преступления. При этом все действия судейского корпуса происходят в рамках УПК, УК КР, т.е. являются как бы законными. Поэтому, мы не можем назвать конкретное дело, факты, тем более фамилий судей, сотрудников надзирающего органа и т.д. Каждое ведомство не хочет выводить сор наружу. Поэтому руководители силовых структур отрапортуют перед высшим руководством страны, перед обществом по тем делам, в которых действительно, соблюдены законы, справедливость, наказаны преступники. И, как правило, по примерам таких дел, отдуваются ради имиджа правосудия Кыргызстана. Из этих соображений заявлять, что судебная система, фискальные органы занимаются коррупционной деятельностью, ошибочное мнение. Речь в данной статье, идет только о тех коррупционных схемах, которые существуют среди судейского корпуса, в судопроизводстве страны.

Коррупционная схема при вынесении судебных актов приобретает угрожающий характер для безопасности страны, поэтому, мы можем заявить о массовой коррупционной деятельности судейского корпуса Кыргызстана, как одного из основных источников угрозы безопасности и стабильности страны, общества.

После мартовской революции 2005 года, коррупционная деятельность судейского корпуса еще больше углубилась и расширилась. Режим «Бакиева и его компании» не церемонился при разбазаривании государственного добра. Через коррумпированный судейский корпус они решали свои темные делишки. Бакиевская команда, используя Конституционный суд, «узаконила» договор, составленный с частной компанией, связанный с рудником «Кумтор». Хотя тогдашний закон не разрешал на уровне конституционного суда, утверждать подобный договор, составленный с частной компанией.

Бизнес, основанный на ментальности народа

За двадцать пять лет независимости страны «кадровый бизнес» в негласном, не официальном уровне процветал не только на уровне седьмого этажа Белого и Серого домов, но и на уровне ментальности наших граждан, особенно, среди чиновников всех рангов. К сожалению, пока что в Кыргызстане никто не отменял «кадровый бизнес». С приходом к власти президента Алмазбека Атамбаева, на верхнем эшелоне власти начался процесс по вытеснению этого «бизнеса». Но, на уровне министерств и регионов, учреждений и предприятий, он «переформатировался». Но это уже отдельная тема.

До 2010 года (и в данное время) Кыргызстан относился к категории высококоррумпированных стран мира. Если до 2010 года Кыргызстан, по данным международной независимой организации «Трансперенси Интернешнл» находился среди 20-ти высококоррумпированных стран из 184 стран мира, то, в 2015 году мы переместились в тридцатку высококоррумпированных стран мира. Эти факты подтверждают, что после апрельской революции 2010 года, с избранием Атамбаева на пост президента КР, борьба против коррупции ведется, и имеются определенные успехи. К сожалению, надо констатировать, что после его ухода из этого поста, борьба против коррупции может вообще остановиться или перейти на другое русло. Если сказать честно, то после 2017 года, борьба против коррупции может превратиться в борьбу кланов. Потому что, нынешняя антикоррупционная борьба держится только на политической воле президента Алмазбека Атамбаева и эта горькая правда.

В рамках искоренения коррупции в Кыргызстане, в 2011-2013 годах была реализована судебная реформа. По моему глубокому убеждению и… разочарованию, она фактически стала пародией на реформы.

Я, как уполномоченный омбудсмена КР сначала по Иссык-Кульской, затем по Чуйской и Нарынской областям, заметил, что те судьи, которые надоели народу, полностью перевелись в другие регионы, как говорится, «от греха подальше». Судьи просто переводились из районного суда в областные, из областного в районные, из Иссыккуля в Чуйскую долину, или перебрались в город Бишкек. Из Верховного суда уходили в нижнюю инстанцию, поближе к детям, родным и т.д. То есть, судьи, под видом реформ, а фактически под шумок этих реформ, решили свои социально-бытовые, экономические, и просто, житейские или иные проблемы. Испокон веков говорили, что при перемене мест слагаемых, сумма не меняется.

После 7 апреля 2010 года, народ потребовал от «отцов революции» на 100% замены судебного корпуса страны. И отдельные лидеры согласились замене, но, хотя бы, на 70%, мотивируя тем, что, если всех судей заменить полностью, то у нас рухнет не только правосудие, «но и небеса падут на землю».

По итогам реформы, проведенной в 2011-2013 годах, было заменено всего 10% судейского корпуса. В основном по Чуйской, Иссык-Кульской областям и по городу Бишкеку. В некоторых районах других областей заменили тех, кто работал до апреля 2010 года. К 2015 году число освобожденных судей увеличилось, но основной костяк коррумпированных судей сохранился, и они еще долго останутся на своих постах. Потому что, на законном, в том числе на Конституционном уровне, судьи оказались вне закона, над законом, без общественного контроля.

Я предполагаю, что тогда, под видом соблюдения международного принципа сохранения независимости судейского корпуса, в Кыргызстане попытались сохранить продажную судебную систему от гнева народа. И это властям почти удалось.

Незаконно, но «по закону»

Все помнят, какая трагедия произошла весной 2014 года в здании Джумгальского районного суда. Поводом нападения на подсудимых прямо в зале суда со стороны родственников потерпевшего, послужило постановление Нарынского областного суда об изменении меры пресечения подсудимым, бывшим сотрудникам Нарынского УВД, причастных к убийству местного жителя Р.Мамбеталиева. Милиционерам предъявили обвинение по ст. 97 (Убийство) УК КР. Для обвиняемых по таким тяжким статьям, процессуальные нормы строго предполагают избрание меры пресечения в виде ареста. Но, областной суд изменил меру пресечения для подсудимых милиционеров на «подписку о не выезде».

Родственники потерпевшего, решив, что милиционеров могут вообще и оправдать, совершили самосуд прямо в зале суда – облили бензином и подожгли подсудимых. И случилось то, что случилось.

В данной ситуации никто не может сказать, что судьи Нарынского областного суда принимали не законное решение. УПК судьям позволяет принимать решение по своему усмотрению, и это будет вполне законно. Ст.56 УК КР позволяет судьям принимать решение, ниже, чем предусмотрено по данной статье. А закон «О статусе судей» вообще позволяет судьям принимать любые судебные акты «по внутреннему убеждению». Но в законе не указано, должны ли соответствовать законам и материалам судебного разбирательства эти «внутренние убеждения судьи» или нет.

Поэтому, здесь мы не можем обвинять судей в нарушении законности. И никакой ответственности. Даже административной или дисциплинарной. Хотя эта история привела к смерти не одного человека и разрушила судьбы целой родни и села, стала настоящей трагедией в истории судебной системы страны.

Таким образом, и «де факто» и «де-юре», судебный корпус у нас оказался вне всякого контроля, даже со стороны закона. Да, по мировым стандартам, судебный корпус должен иметь абсолютную независимость. Это – аксиома для любого демократического государства. Но, надо учитывать обстоятельства пространства и времени. Кыргызстан находится в переходном периоде от тоталитарной системы к демократической системе правления. В течение более 70 лет у нас была советская судебная система, где балом правили не законы, а решения партии или вождей. А законы позже подгонялись к ситуации, конкретному делу. И это было нормально – партия решала за всех и все. После распада Советского Союза у нас было почти криминальное общество, в том числе, судопроизводство. Тому пример, деятельность первых двух президентов КР и судьба Конституционного суда КР, коррупционная деятельность всего судейского корпуса. Для обеих революций (2005 и 2010 годов) действия и бездействия коррумпированного судейского корпуса послужили поводом начала народных волнений.

По моему глубокому убеждению, принцип полной независимости судейского корпуса, преждевременно был реализован в том виде, который имеется на западе, в условиях развитой правовой культуры не только судебного корпуса, но и народа, где ментальность народов безусловно отличается  от нашей.

В мире существуют понятия «экономика стран переходного периода», «культура и образование стран переходного периода», «состояние прав человека и гражданина в странах переходной экономики» и т.д. Но, почему-то «отцы» нашей конституции решили, что «судебной системы стран переходной экономики» не должно быть. По ошибке они решили приравниваться к тем странам, где судебная независимость полностью гармонизирует с обществом, социально-экономической, политической обстановкой данной страны, индивидом, законом, менталитетом народа и т.д.

А у нас какая ситуация?

После развала Советского Союза, у нас начинается почти преступный передел государственной собственности под видом перехода к рыночной экономике, отхода от тоталитарной системы. Это в свою очередь, сыграло как раз на руку тем преступникам, которые при разделе госсобственности на частное, мгновенно стали миллионерами.

По моему убеждению, тогда была придумана кем-то идея о полной судебной независимости для стран постсоветского пространства. В суматохе века никто не заметил, а если заметил, то никто не обратил внимания  на голос здравого смысла. Все были заняты переделом госсобственности и закреплением этих афер решением судов. Так тогда судьям были даны большие права, и никакой ответственности.

Во второй половине XIX века, до присоединения Кыргызстана к Российской империи, наш народ находился в ином общественном укладе. При советской судебной системе была видимость независимости судов. Судьи принимали законные акты, если дело касалось уголовного и гражданского судопроизводства, потому что существовал контроль со стороны партии. Но если дело касалось политической свободы человека или государственных интересов, то, принимались судебные акты «в пользу государства, партии». Поскольку я работал секретарем судебных заседаний в 1974-1975 годах, я могу сравнивать уровень судейского корпуса 70-80 годов прошлого столетия и судей нынешнего века. Я уверяю Вас, уважаемый читатель, что разница как между небом и землей.

Нынешние судьи, по одному и тому же делу принимают абсолютно разные, противоречащие, исключающие свои же, ранее принятые решения. Решения ныне, как правило, зависят от того, «кто больше дал, или кто попросил сделать поблажки для своих». А также от звонков очень и не очень влиятельных лиц. Здесь работает принцип «не пойман, не вор». Поэтому назвать фамилию конкретного судьи, что он получает взятку, особо опасное дело. Например, один из депутатов до 2005 года, на сессии ЖК КР назвал одного судью «взяточником». Потом этот судья затаскал депутата по судам так, что народоизбранник вынужден был публично извиниться. Хотя в его правоте сомневались очень немногие.

Так что же делать?

Теперь о том, что надо делать с нашей коррумпированной судебной системой. Я думаю, что пойти на изменение Конституции – крайняя мера. Ведь у нас в течение почти 25 лет независимости сформировалось мнение о слабости законов и Конституции. Очередные изменения конституции еще более негативно повлияют на настроения общественности в плане соблюдения законности. Тем не менее, надо внести определенные изменения в отдельные законы, в том числе УК, УПК, Закон «О статусе судей» и т.д.

Во-первых, должны быть исключены из закона «О статусе судей» требования, что судьи выносят решения исходя «…исключительно из своих внутренних убеждений», как явно коррупционное требование. Ведь внутреннее убеждение должно соответствовать хотя бы, судебным материалам и законам, а не тому, какую сумму предложат за изменение этих убеждений.

Во-вторых, должны быть внесены в соответствующие законы отдельные требования, ужесточающие ответственность судейского корпуса. Например, при отмене вышестоящей инстанцией суда в течение года более 5 судебных актов, по отношению к судье, вынесшего данные акты, должны автоматически возбуждать дисциплинарное производство о снятии с занимаемой должности. А при отмене в течение года более 7 актов, надо возбуждать уголовное дело. Данное требование должно закрепиться в УПК, УК КР и продублирован в законе «О статусе судей». В УПК КР нужно прямо указать, в каких случаях и кем будет возбуждено уголовное, дисциплинарное производство по отношению таких судей. А у нас что происходит?

Например, по делу криминального авторитета Азиза Батукаева в 2014 году, по представлению Генеральной прокуратуры судебный акт был пересмотрен и отменен самим Нарынским городским судом, который ранее принимал этот «неправильный» судебный акт. И что стало с судьей, который вынес вердикт о досрочном освобождении Батукаева? Ничего! Он до сих пор там работает, как ни в чем не бывало. Странно?

В УПК КР редакции 1963 года, судьи, по результатам рассматриваемых уголовных дел могли возбудить уголовное дело по отношению к следователям и передать данное постановление на рассмотрение прокурору.

В-третьих, поскольку мы живем в переходном, глубоко коррумпированном обществе, надо ввести как временные меры, механизм косвенного общественного контроля над деятельностью судейского корпуса. Контролировать действия судейского корпуса нельзя. Тогда будет еще хуже, чем сейчас. Должны контролироваться судебные акты и после их вступления в законную силу. Т.е. после рассмотрения судебных материалов на Верховном суде – как временная мера в переходный период.

Как эти действия осуществить?

Институт омбудсмена проводит соответствующие мониторинги после вступления судебных актов в законную силу. То есть, омбудсмен КР имеет право ознакомиться с данными судебными материалами. По итогам этих действий, омбудсмен (или его сотрудники) могут составить заключение о том, что данное судебное дело соответствует законам, защите прав человека, процессуальным нормам или наоборот. Эти заключения должны приравнятся к вновь открывшимся обстоятельствам, предусмотренным ныне действующим УПК КР. При таком раскладе дел, возникает хотя бы, косвенный контроль со стороны общества, так как институт омбудсмена является инструментом парламентского контроля по защите прав человека.

На данный момент такую возможность имеет Генеральная прокуратура. Но органы  прокуратуры, как заинтересованная сторона судебного процесса, не могут быть объективными при отправлении правосудия. Просто такова природа прокуратуры.

Должны быть внесены изменения и дополнения в УПК КР, в части возбуждения по вновь открывшимся обстоятельствам, повторном рассмотрении дела судом, по ранее принятым судебным актам. Поводом повторного рассмотрения дела, как раз и должно послужить заключение омбудсмена КР, составленное по итогам изучения вступившего в законную силу судебного акта, по заявлениям граждан.

В-четвертых, при отборе на должности судей, должно учитываться количество отмененных вышестоящей инстанцией решений конкретного судьи. В процессуальном, законном порядке обязать областные суды и ВС КР вести такой учет и, ежегодно обнародовать их через доступные СМИ и интернет ресурсы.

К сожалению, последние 2-3 года в Кыргызстане целенаправленно стали обходить тему, связанную с коррупционными схемами, существующими при отправлении правосудия. Видимо, коррупционеры поняли, что не стоит будоражить общество и без того недовольного другими коррупционными обстоятельствами, фактами? Или, точнее у коррупционеров сработал инстинкт самосохранения?

Тойгонбай Джаанбаев, уполномоченный представитель акыйкатчы (омбудсмена) Кыргызской Республики по Нарынской области. 

Адрес статьи: http://golos.kg/?p=29347

Поделиться ссылкой: