Тынчтыкбек Асанов: Вмешательство в деятельность эксперта влечет за собой привлечение к ответственности

Закон гласит, что судебный эксперт независим и не может находиться в какой-либо зависимости от органа или лица, назначивших экспертизу и других лиц, заинтересованных в исходе дела.

Голос свободы, Иссык-Куль

Как отмечает Тынчтыкбек Асанов в Кыргызстане, на сегодняшний день, оказывается, зарегистрирована всего одна негосударственная судебно-экспертная организация.

Об этом и других вопросах независимой судебной экспертизы рассказал врач и независимый судебно-психиатрический эксперт, кандидат медицинских наук Тынчтыкбек Асанов (ОО «Центрально-Азиатский альянс против зависимости») в ходе рабочей встречи членов Коалиции против пыток в Кыргызстане, которая прошла 24-26 ноября 2016 года.

Экспертов мало, работы много

По словам Асанова, в Кыргызстане ему известны всего 2 независимых судебно-медицинских экспертов, 1 судебно-психиатрический эксперт и несколько судебно-психологических экспертов.

Сам Тынчтыкбек Асанов начал работать независимым экспертом с конца 2012 года. В течение 4 лет у него зарегистрировано 76 случаев, из них по делам о пытках – 41 дело, в процентном отношении это составляет около 54 % всех экспертиз. По делам о компенсации морального вреда экспертизу прошли 61 человек, это 80 процентов.

«Пятую часть (18,4%) психиатрических освидетельствований и экспертиз я провел в Ошской и Джалал-Абадской областях с выездом —  это достаточно много, и составляет 34,1% относительно всех случаев документирования по пыткам», — сказал он.

В закрытых учреждениях Асанов провел 25 судебно-психиатрических освидетельствований и экспертиз.

Совместно с Республиканским центром психического здоровья (РЦПЗ) проведено 7 комплексных судебных психолого-психиатрических экспертиз.

«Здесь речь идет о моем включении как независимого эксперта в экспертную комиссию РЦПЗ. Вот эти 7 экспертиз как раз и могут называться экспертизами, потому что здесь суды конкретно называли мою фамилию [как независимого эксперта] в числе экспертов, которые должны были провести экспертизу», — сказал Асанов.

na vstreche

Требования к экспертам и экспертным организациям

Асанов также уточнил понятия независимого эксперта и независимой экспертизы. По его словам, под словом «независимый», в настоящее время понимается то, что эксперты работают вне какой-либо государственной экспертной организации. И это прописано в Законе Кыргызской Республики «О судебно-экспертной деятельности». Он также отметил, что негосударственная судебно-экспертная организация не должна иметь в числе учредителей или дольщиков государство или государственную организацию.

«Закон также обязывает, что негосударственная экспертная организация должна иметь в названии организации слова «негосударственная судебно-экспертная организация» и далее название организации», — объяснил он.

Согласно статье 14, в качестве судебного эксперта может выступать государственный судебный эксперт, негосударственный судебный эксперт или другое лицо, обладающее необходимыми специальными знаниями.

По словам Тынчтыкбека Асанова, государственным и негосударственным судебным экспертом является работник судебно-экспертной организации, производящий судебную экспертизу в порядке исполнения своих должностных обязанностей.

«Здесь уже жестко, экспертом может называться человек, который по должности работает экспертом. То есть, не может быть Менделеев экспертом, привлеченным со стороны, не может быть экспертом Ломоносов, потому что он занимается чем-то другим. Экспертом может быть только тот человек, который состоит в штате этой организации и получает зарплату как эксперт», — сказал Асанов.

Как мы писали не раз, по делам о религиозном экстремизме, в судах обычно в качестве экспертов выступают сотрудники Государственной комиссии по делам религии, что является явным нарушением закона. Однако суды не принимают во внимание эти доводы адвокатов и выносят обвинительные приговоры по таким делам на основе заключений людей и организации, которые не являются экспертами и экспертными организациями.

uchastniki

Немного истории

Как отмечает эксперт, понятие независимая экспертиза появилось в 1990-х годах; в Советском Союзе его не существовало.

«Экспертиза на самом деле представляет собой небольшое научное исследование. В России понятие экспертизы появилось в 20 веке» — сказал он.

По словам Асанова, первоначально, в Советском Союзе эксперт имел статус «научного судьи» и его заключения считались обязательными для судей. Заключение эксперта являлось окончательным доказательством и «было обязательным для судьи и для всех остальных. Естественно, ситуация, когда эксперты превращались в судей, не устраивала юристов и ближе к 50-м годам ситуация была изменена», — отмечает эксперт.

В начале 20 века в России был открыт институт судебной психиатрии имени В.П. Сербского. Он был создан в 1921 году и со временем стал центром развития советской судебной психиатрии.

«В советское время он назывался Всесоюзным научно-исследовательским институтом общей и судебной психиатрии, потом Государственным центром социальной и судебной психиатрии. Сейчас он называется Федеральным государственным бюджетным учреждением «Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского». «И туда сейчас добавили Московский НИИ психиатрии, то есть, институт стал еще больше», — рассказал Асанов.

obsuzhdenie

Независимая – не значит только не государственная 

Как отметил Асанов, в Кыргызстане эксперт может быть назначен из числа предложенных участниками процесса или приглашен сторонами. Согласно УПК КР (статья 62), экспертом является не заинтересованное в исходе дела лицо, назначенное следователем, судом или, по их требованию, руководителем экспертной организации для разрешения вопросов, возникших при производстве следствия или судебного разбирательства дела с использованием специальных знаний в области науки, техники, искусства, ремесел, и дачи на этой основе заключения.

«Негосударственные судебно-экспертные организации проводят все виды судебных экспертиз, кроме экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно-экспертными организациями», — уточнил эксперт.

Что касается судебно-психологической экспертизы, то она, по словам врача, в сравнении с другими видами экспертиз – «совершенно новая вещь».

«Это совершенно новая и очень юная вещь. Только в 70-х годах прошлого века она начала формироваться, но получает развитие после 90-х, 2000-х годов. А в Кыргызстане мы можем сказать, что судебно-психологическая экспертиза находится в зачаточной стадии. Только-только появляются психологи, которые более-менее, в соответствии с требованиями законов пытаются давать экспертные заключения», — отметил Асанов.

Закон «О судебно-экспертной деятельности» в Кыргызстане принят в 2013 году. В статье 7 Закона дается объяснение, что такое независимость: судебный эксперт не зависим, не может находиться в какой-либо зависимости от органа или лица, назначивших экспертизу и других лиц, заинтересованных в исходе дела.

«Независимость в общем смысле означает незаинтересованность в исходе дела, и независимость от людей, которые назначили экспертизу. Вмешательство в деятельность эксперта предусматривает привлечение к ответственности», — сказал эксперт в завершение своего выступления на встрече Коалиции против пыток.

Напомним, на Иссык-Куле 24-26 ноября прошла очередная рабочая встреча членов Коалиции против пыток в Кыргызстане. В ходе встречи участники обсудили результаты работы Коалиции в уходящем году и дальнейшие планы, стратегии развития Коалиции.

Члены Коалиции обсудили также вопросы сотрудничества с государственными органами в сфере борьбы с пытками. Также в ходе встречи рассмотрен вопрос внедрения стандартов медицинского документирования пыток и жестокого обращения.

Голос свободы, Иссык-Куль

Адрес статьи: http://golos.kg/?p=34481

Поделиться ссылкой: