Правовой ликбез от адвоката Нурбека Токтакунова о работе Комитета ООН по правам человека

Выступая в суде по «делу Аскарова», юрист разъяснил, что Комитет ООН не только не посягал на независимость суда, но и проявлял уважение к суверенитету и законам Кыргызстана.

Голос свободы, Бишкек

Тезисы выступления адвоката Нурбека Токтакунова в ходе прений на очередном заседании Чуйского областного суда по «делу Азимжана Аскарова», которое состоялось 20 декабря 2016 года.

В первой части своего выступления Токтакунов остановился на Соображениях Комитета ООН по правам человека № 2231/201221 от 21 апреля 2016 года. Этот документ больше известен в обществе как решение Комитета ООН, в котором международный орган потребовал немедленно освободить пожизненно осужденного правозащитника Азимжана Аскарова.

Мы решили, что краткий правовой ликбез поможет многим разобраться в том, что же такое Комитет ООН по правам человека, почему Кыргызстан обязан исполнить его решения, и является ли это посягательством на суверенитет государства.

 

Предлагаем вашему вниманию тезисы выступления Нурбека Токтакунова:

О международных обязательствах и Конституции Кыргызстана

«1. С одной стороны, это обычное апелляционное рассмотрение уголовного дела, то есть рассмотрение дела по существу. С другой стороны, это дело направлено Верховным судом на пересмотр по новым обстоятельствам, которыми являются Соображения Комитета по правам человека (КПЧ) ООН №  2231/201221 от 21 апреля 2016 года. Поэтому суд должен не только рассмотреть это дело по существу, но и учесть также и Соображения КПЧ с учетом наших международных обязательств.

  1. Суд не должен быть введен в заблуждение маргинальными мнениями отдельных политиков о том, что поправки в ст. 41 Конституцию отменяют международные обязательства. Часть 2 ст.41 Конституции была прописана как констатация того факта, что наша страна стала полноправным участником ряда международных договоров под эгидой ООН – таких, как Международный пакт о гражданских и политических правах (МПГПП), Международный пакт о социальных и экономических правах, Конвенция против пыток и жестокого обращения, Конвенция о всех формах ликвидации дискриминации в отношении женщин и др. То есть отмена этой нормы Конституции вовсе не отменяет международные обязательства страны.

Чтобы отменить свои международные обязательства, Кыргызстану пришлось бы денонсировать все эти международные договоры, что принципиально невозможно, ибо международное право – это такая же данность для современного государства, как для отдельного гражданина любой страны – ее законы. Заявление государственных мужей о том, что обязательства по международному праву угрожают независимости, равносильно утверждению отдельного гражданина, что он в силу своей личной независимости не будет исполнять законы».

О решении Комитете ООН по правам человека по жалобе Азимжана Аскарова

  1. В ноябре 2012 года Аскаров обратился в Комитет ООН по правам человека  в соответствии с Факультативным протоколом к МПГПП с сообщением о нарушениях статей 7, 9, 10, 14, 19 МПГПП в ходе следствия и судебного разбирательства по его делу.

21 апреля 2012 года КПЧ, рассмотрев сообщение Азимжана Аскарова, принял решение № 2231/201221 от 21 апреля 2016 года. КПЧ установил, что в отношении Аскарова Кыргызская Республика нарушила следующие статьи МПГПП:

– статью 7 (пытки);

-статью 7 в сочетании с пунктом 3 статьи 2 (неспособность властей провести быстрое и эффективное расследование по факту пыток);

– пункт 1 статьи 9 (произвольное задержание);

– пункт 1 статьи 10 (негуманные условия содержания в местах лишения свободы);

– пункт 3 (b)  статьи 14 (недостаточное время и возможности для подготовки защиты, препятствия в контактах с выбранным защитником);

– пункт 3 (е) статьи 14 (не допрошены свидетели защиты).

КПЧ пришел к выводу, что Кыргызстан должен полностью восстановить нарушенные права Аскарова, что включает в себя его немедленное освобождение, отмену приговора, при необходимости, проведение нового судебного процесса, основанного на принципах справедливого судебного разбирательства и выплату компенсации. На Кыргызскую Республику также возлагается обязанность принять меры для предупреждения подобных нарушений в будущем.

О Международном пакте о гражданских и политических правах (МПГПП)

  1. МПГПП – это:

– основанный на Всеобщей декларации прав человека, свод фундаментальных прав и свобод человека, общечеловеческих ценностей, а также

международный договор, обязательный для 168 государств-участников, по состоянию на сентябрь 2016 года.

  1. МПГПП кодифицирует и тем самым защищает такие простые вещи, как свобода слова, свобода мысли, совести и вероисповедания, свобода передвижения, право на свободу и личную неприкосновенность, в том числе неприкосновенность от пыток, право на справедливый суд, право гражданина учувствовать в управлении делами общества и многое другое.

При этом в каждой статье МПГПП подразумевается, что это не абсолютные ценности, и что возможны ограничения этих прав в интересах национальной безопасности, в интересах других лиц, а также в интересах общественной морали.

  1. Что такое Факультативный протокол к МПГПП? Подписание  Факультативного протокола дает право гражданам государства-участника МПГПП обращаться в КПЧ о нарушениях МПГПП.

Обращение в КПЧ ООН, это не обращение в некую судебную инстанцию высшую над высшими судебными инстанциями государств-участников. В КПЧ ООН не обращаются с просьбой рассмотреть дело по существу и проверить правильность применения национального права, правильность квалификации деяний и справедливости приговора. В КПЧ ООН обращаются о нарушениях прав человека, предусмотренным МПГПП.

  1. Участие Кыргызской Республики в МПГПП подразумевает обязательство нашей страны уважать и обеспечивать права человека. Соблюдение обязательства «уважать и обеспечивать права человека» отслеживается  не по декларациям и формальным заверениям, а прежде всего, по фактам исполнения или неисполнения соображений КПЧ  о необходимости восстановления нарушенных прав конкретного человека.

О Комитете ООН по правам человека

  1. Что такое КПЧ и как он рассматривает индивидуальные жалобы предполагаемых жертв нарушений прав человека на государство-участник?

Зарегистрировав жалобу, КПЧ, прежде всего, выясняет, исчерпал ли гражданин все возможности национального законодательства в ходе своей защиты. То есть, процедуры КПЧ рассчитаны на тех, кто активно борется за свои права и не ждет, когда справедливость придет сама, кто просто кричит о нарушениях, но ничего не делает.

Для выяснения этого вопроса, КПЧ посылает жалобу правительству страны. Если правительство этой страны показывает КПЧ, что автор жалобы не использовал те или иные возможности, тогда КПЧ пишет автору жалобы, что его жалоба неприемлема и закрывает вопрос. Это свидетельства уважения КПЧ, ООН к суверенитету и национальному закону государства-участника.

Когда разрешается вопрос приемлемости, начинаются коммуникации по существу жалобы. Это занимает годы, потому что КПЧ вначале передает жалобу в Правительство страны, потом ждет комментарии правительства и передает его автору жалобы, чтобы он их прокомментировал, потом комментарии автора, передает снова правительству и снова ждет их комментарий.

Переписка между Комитетом и правительством страны продолжается до тех пор, пока у КПЧ не останется вопросов и дело выносится на сессию КПЧ.

КПЧ, рассматривая жалобу и позицию правительства к этой жалобе выясняет, имело ли место ограничение прав человека, заявляет ли  правительство об обоснованности этих ограничений прав, если заявляет, насколько пропорциональны эти ограничения, то взвешивают вред при нарушении прав и свобод человека, и возможный вред конкурирующим ценностям – интересам национальной безопасности, суверенитета, общественной морали, правам и свободам других лиц, если бы это ограничение не было бы применено.

Решение выносится в виде Соображений. В соображениях излагается, какие права были нарушены, в чем выразилось нарушение, и государству-участнику предписывается восстановить нарушенные права. КПЧ может ограничиться указанием восстановить нарушенные права, а может и конкретизировать, в зависимости от ситуации, каким образом возможно восстановить нарушенные права.

  1. Юридическая сила национального законодательства обеспечивается аппаратом насилия государства. Но на мировом уровне нет и не нужны международные армии или мировая полиция. Международное право обеспечивается силами и факторами другого характера. Если наше государство начнет дискуссии относительно правильности или неправильности решения КПЧ, а потом не исполнит его, значит, что к нашему государству будут относиться, как к несерьезному ненадежному партнеру, который не выполняет договоренности.
  2. ООН не будет специально выкручивать руки, кроме процедурных напоминаний, просто в какой-то определенной геополитической ситуации, у каких-то оппонентов, а может даже партнеров и союзников нашей страны (все временно) появится повод заявить, что наша страна не отвечает по обязательствам.

Есть целый ряд экономических и политических санкций, которыми международное сообщество или союз нескольких государств могут ослабить другое государство, обеспокоившись неисполнением международных обязательств, или воспользовавшись этим как поводом.

Например, нам Британия никогда не выдаст Максима Бакиева и даже не будет заморачиваться юридическим обоснованием, она может просто заявить, что в нашей стране применяются пытки и нет справедливого суда, потому что не исполняются решения КПЧ. А запрет выдавать человека в страну, где практикуются пытки и нет справедливого суда, является императивной нормой международного права. Императивной, значит абсолютной. Никого нельзя выдавать.

  1. Договор по МПГПП подразумевают исполнение государством-участником соображений КПЧ без дискуссий по поводу доказанности или недоказанности вины жертвы нарушений прав человека, или вне зависимости от таких дискуссий. Специфика правового подхода КПЧ складывается из признания того, что природа факта в уголовном правосудии неотделима от обеспечения прав, свобод и процессуальных гарантий обвиняемого, подсудимого и его защиты.

Смысл такого подхода в том, что вначале нарушения процедуры происходят для того, чтобы изобличить хитроумного и опасного преступника. Когда судебная система привыкает к этому, нарушения процедур происходят для того, чтобы «заткнуть дыры», поставить галочки, отрапортовать о раскрываемости и продемонстрировать силу правоохранительной системы и вообще власти.

Когда система привыкает и к этому, правоохранительная система уже смело берется за использование своей власти для уничтожения инакомыслия и просто для обогащения. Это процесс, который происходит в любом человеческом обществе, в котором с самого начала не поставлены заслоны против нарушения процедур, прав человека, стандартов сыска, следствия и судебного разбирательства.

Поэтому КПЧ даже не рассматривает вопроса доказанности или недоказанности вины, а  концентрируется только на вопросах обеспечения прав и свобод, гарантированных МПГПП.

Конкретно по «делу Аскарова»

  1. Обвинительный приговор суда явился результатом нарушений, установленных КПЧ. Подчеркивая необходимость немедленного освобождения Аскарова и отмену приговора в качестве средств восстановления нарушенных прав прежде какого-либо пересмотра дела, КПЧ подразумевает неустранимость существенной части негативных последствий нарушения прав Аскарова, в силу объективной невозможности повернуть время обратно.
  2. Так, обеспечение  беспрепятственного доступа к защитнику, создание полноценных и безопасных условий для защиты во время следствия и судебного разбирательства по делу, могло бы дать результаты в пользу защиты, которые в настоящих условиях уже достигнуть невозможно.
  3. Бесчеловечные условия содержания и пытки удерживали Аскарова и его защиту от полной реализации всех правовых возможностей защиты в обстоятельствах того времени, а в настоящее время их реализация бессмысленна.
  4. О презумпции обоснованности заявления о пытках. Этот принцип действует в развитых странах. Если подсудимый, подследственный заявляет о пытках, необходимо провести расследование, а правоохранительный орган должен доказать, что пыток не было.

Чтобы правоохранительный орган мог доказать, что пыток не было, должна быть соответствующая система, при которой лицо, находящееся под стражей, могло бы обратиться к независимой медицинской службе и возможности обращения в другие государственные органы. У нас действует принцип презумпция добросовестности сотрудников правопорядка, то есть подследственный, подсудимый должен доказывать, что его пытали. При этом в нашей системе, медицинские службы при правоохранительных органах зависимы от правоохранительных органов, а коммуникации заключенных с внешним миром чрезмерно ограничены. При таких условиях любые попытки заявлять о пытках и настаивать на расследовании приводят только к новым, еще более страшным пыткам.

  1. Даже если суд уверен в его виновности и оправдает его, за его оправдание и освобождение будут ответственны оперативники, которые не умеют добывать доказательства своим профессионализмом и умом, следователи и прокуроры, которые попустительствуют нарушению процедур.

Голос свободы, Бишкек

Адрес видео: http://golos.kg/?p=34904

Поделиться ссылкой: