О чем говорили на форуме по экстремизму и терроризму с участием Виталия Пономарева?

Российский правозащитник думает, что причиной запрета на въезд в Кыргызстан может быть связан с его участием на этом форуме.

Голос свободы, Бишкек

Форум гражданских активистов, в котором участвовали правозащитники, адвокаты и эксперты из России, Украины, Узбекистана, Таджикистана и Кыргызстана, прошел на побережье Иссык-Куля с 30 июня по 3 июля. На мероприятии, организованном Общественным фондом “Кылым шамы” и Правозащитным центром “Мемориал” (Москва, Россия) в партнерстве с Норвежским Хельсинским комитетом, участники обсудили ситуацию в сфере борьбы экстремизмом и терроризмом.

Бороться надо, но справедливо

В фонде “Кылым шамы” отметили: “Мы все боремся против экстремизма и терроризма, в то же время мы выступаем за соблюдение прав”.

Было отмечено, что в странах СНГ ужесточается законодательство, все сложнее вести дела, а некоторые адвокаты отказываются от дел по экстремизму и терроризму. Практически нет оправдательных приговоров по таким делам, а если и были, то были отменены вышестоящими инстанциями суда.

В Кыргызстане все осужденные получают тюремные сроки, так как в таких делах нельзя назначать условное наказание. При отягчающих обстоятельствах у осужденных могут конфисковать имущество. В 2016 году имам одной из мечетей был приговорен к 10 годам лишения свободы за проповедь, не связанную с призывами к насилию.

Если в России за экстремизм в 2012 году максимальное наказание было 2 года или штраф, то сейчас минимальный срок составляет 10 лет, максимальный – пожизненное заключение.

Представитель московского информационно-аналитического центра “Сова” Мария Кравченко добавила, что усиливается контроль в интернете с целью наказания за распространение информации о запрещенных организациях.

В России запрещено любое демонстрирование символики нацистских и экстремистских организаций. Однако тогда, по мнению Кравченко, «должны быть запрещены все фильмы о Второй мировой войне, так как там идет демонстрация фашистской символики».

Наложен запрет на деятельность религиозной организации «Свидетели Иеговы». То есть, любой из нескольких сотен тысяч членов организации, может быть наказан за участие в деятельности запрещенной организации.

Вызывающие тревогу экспертизы

Адвокаты и правозащитники серьезно обеспокоены качеством экспертиз по изъятым информационным материалам. Бишкекский религиовед Индира Асланова отметила положительные изменения в этой сфере, но сложности еще остаются. Разработана методология религиоведческой экспертизы, но не хватает квалифицированных экспертов.

Часто люди путают понятия “теологической” и “религиоведческой” экспертизы.

“Теология всегда конфессиональная, она субъективна. Никогда не ставьте теологическую экспертизу, ведь теолог рассматривает вопрос с точки зрения своей религии, он субъективен. Нужна религиоведческая экспертиза”, — пояснила Асланова.

Адвокатам она рекомендовала добиваться проведения комплексной психолого-лингвистической экспертизы, в которой религиоведческая выступает как один из компонентов.

Каждый должен делать свою работу

Есть ли в высказываниях человека или в публикациях экстремистские призывы, есть ли возбуждение розни –  это определяет лингвист. Он определяет, что и как сказано. Психолог определяет направленность высказываний и их возможное воздействие на людей. Религиовед определяет, к какой религии или течению относятся исследуемые объекты. Социолог (политолог) определяет наличие социальной группы.

Эксперт по вопросам экстремизма и терроризма Виталий Пономарев (московский Центр “Мемориал”) видит проблему в том, что для лингвистической экспертизы привлекаются филологи. «Филологического образования недостаточно для лингвистического анализа религиозных текстов», — считает эксперт.

Напомним, что Виталию Пономареву власти Кыргызстана вновь запретили въезд в страну. В настоящее он находится в гостинице на территории Казахстана близ пограничного пункта «Ак жол», что в 15 км от Бишкека.

Как отметили эксперты, на практике получается так, что если в изъятом тексте есть критика, то психолог пишет, что это ведет к розни, а если позитивные заключения, то, по мнению психолога, это пропаганда исключительности. И то, и другое плохо.

Бывает, что следователь ставит перед экспертами не очень грамотные вопросы, часто эксперт переформулирует их и выходит за рамки своей компетенции.

Не стоит забывать и об этике эксперта, ведь результаты экспертиз кладутся в основу доказательств для обвинения, нередко граждан приговаривают к длительным судебным срокам.

Ошский адвокат Таир Асанов сказал, что судьи боятся оправдывать граждан по этим делам, они зависимы. Они недостаточно мужественны и принципиальны, нуждаются в систематическом обучении.

Знать, что запретить и почему

Ошский адвокат Хусанбай Салиев считает, что помимо лингвистической, надо назначать психолого-политологическую экспертизу. На его практике было много дел, когда сотрудники Госкомиссии по делам религии давали заключения без соблюдения требований проведения экспертизы.

Например, в документе отсутствовала методология, мотивировочная часть, не указаны источники материалов, а в резолютивной части экспертизы указано, что “Данный материал противоречит нормативно-правовым актам Кыргызской Республики”. Но сотрудник Госкомиссии, давший заключение, не является юристом и не вправе давать заключения по нормативно-правовым актам.

Но, к сожалению, в суде заключения подобных экспертиз становятся основанием для обвинительного приговора.

Адвокат из Джалал-Абада Закир Курбанов сказал: “Если экспертиза в пользу подсудимого, то суд ее не принимает. Если обвинительная, то она становится основой обвинения”.

Адвокатам приходится трудно

Адвокаты знают, что в странах-участницах форума сложно найти эксперта, который не испытывал бы опасений перед давлением спецслужб.

В России создан огромный и постоянно расширяющийся федеральный список экстремистских материалов, в котором уже содержится более трех тысяч наименований, сообщил Виталий Пономарев, координатор проекта по Центральной Азии правозащитного центра “Мемориал”.

Он также добавил, что только в Кыргызстане из стран СНГ, сохраняется обвинительная статья “хранение экстремистских материалов”. Их нельзя хранить даже для личных целей, например, для работы или самообразования.

“Хранение не может трактоваться как форма распространения радикальных идей. У любого серьезного эксперта по вопросам экстремизма есть книги или файлы в компьютере для изучения”, — отметил Пономарев.

Судят и за «признаки»

В Казахстане возбуждаются уголовные дела на основе экспертиз, в которых говорится: “Есть признаки разжигания розни”. Список запрещенных материалов содержит более 700 наименований и постоянно пополняется.

Адвокаты Бауыржан Азанов и Айман Умарова отметили, что из-за погони за показателями в борьбе с экстремизмом и терроризмом, суды не выносят оправдательных приговоров. Некоторые адвокаты не стремятся браться за такие дела, так как не видят смысла в формальном присутствии в суде. Есть  несколько активистов, которые стараются добиться изменений в ситуации.

Серьезная угроза правам человека

Пономарев считает, что антиэкстремистское законодательство в России, Казахстане и Кыргызстане и основанная на нем правоприменительная практика несут серьезные угрозы фундаментальным свободам и правам человека, прежде всего – свободе выражения и свободе религии.

Согласно докладу Инициативной Группы Независимых Правозащитников Узбекистана, ситуация по обвинению мусульман в религиозном экстремизме практически не изменилась. Продолжаются незаконные аресты, применение пыток, судебные процессы проходят с нарушениями, на слушания не допускают правозащитников, журналистов. Адвокатам запрещают говорить с близкими родственниками подсудимых.

В колониях страны сегодня находятся около 13 тысяч осужденных по религиозным мотивам. В мае 2017 года страну посетил Верховный комиссар ООН по правам человека Зейд Раад аль-Хусейн. После встречи с президентом Шавкатом Мирзиёевым у правозащитников появилась надежда на постепенное улучшение ситуации.

Украина – одна из немногих стран на постсоветском пространстве, где можно свободно обсуждать многие правовые вопросы. Сергей Данилов из киевского Центра ближневосточных исследований сказал, что на законодательном уровне нет понятия запрещенных списков по религиозным мотивам. Но есть негласная информация по конкретным лицам. Судом запрещена коммунистическая партия.

Усилить сотрудничество с журналистами

Участники обсудили и вопросы взаимодействия адвокатов с журналистами. Казахстанский адвокат Бауыржан Азанов, отметил, что «освещение судебного процесса в СМИ положительно влияет на дело, суды боятся гласности”. Его коллега Айман Умарова добавила: “Плохо не тогда, когда плохо пишут, а когда вообще ничего не пишут”.

Участники признались, что адвокаты не знают специфику работы СМИ, не понимают, что у журналистов ежедневный план выпуска сюжетов. В свою очередь, журналисты не всегда достаточно понимают юридические термины, опасаются затрагивать темы экстремизма и терроризма.

В итоге участники форума пришли к выводу о том, что схожие проблемы стран региона показывают необходимость дальнейшего укрепления сотрудничества в плане обмена опытом, привлечения к обсуждению проблем представителей госорганов.

Сахира Назарова, Голос свободы, Бишкек

Фото автора

Адрес статьи: http://golos.kg/?p=36199

Поделиться ссылкой:

Мы в соцсетях


Подписаться на новости


Последние новости